researcher of Department of Geosciences and Natural Resource Management
доктор наук, научный сотрудник кафедры наук о Земле и управления природными ресурсами
doctor, associate professor of Department of Geosciences and Natural Resource Management
доктор наук, доцент кафедры наук о Земле и управления природными ресурсами
professor of Acoustics & Environmental Hydroacoustics Laboratory
профессор лаборатории акустики и гидроакустики окружающей среды
engineer
инженер
doctor, associate professor of Department of Life and Environmental Sciences
доктор наук, доцент кафедры наук о жизни и окружающей среде
doctor, researcher of Leon Recanati Institute for Maritime Studies
доктор наук, сотрудник Института морских исследований им. Леона Реканати
doctor
доктор наук
candidate of sciences
кандидат наук
head of laboratory of Department of Geoscience
начальник лаборатории отдела наук о Земле
A central problem for maritime archaeology has been to find survey methods that facilitate efficient and precise mapping of Stone Age sites on the seabed down to the lowest sea level (approximately – 140 m) during glacial periods, as well as sites embedded in sea-floor sediments. As predictive landscape modelling has proved to be inadequate for this task, a different approach based on direct detection is required. The observation of an acoustic phenomenon associated with man-made flint debitage – but not naturally cracked pieces of flint – has opened a window for development of an alternative and efficient direct mapping method. This paper discusses the development of the idea, as well as experimental documentation of the principle on which it is based. It includes a preliminary analysis of how far away on each side of the transducer flint debitage emits an acoustic response, and consequently the required distance between sailing lines for a comprehensive survey to be undertaken at a specific depth.
Одной из центральных проблем морской подводной археологии является поиск методов археологической разведки, которые позволили бы эффективно и точно проводить картирование памятников каменного века, находящихся на морском дне вплоть до глубин, соответствующих самому низкому уровню океана на протяжении периода последнего оледенения (около –140 м), а также памятников, перекрытых донными морскими отложениями. Поскольку предиктивное моделирование ландшафтов оказалось неподходящим для решения этих задач, потребовался иной подход, основанный на непосредственном обнаружении археологических объектов. Выявление акустического феномена, связанного с продуктами расщепления кремня человеком, – но не с кусками кремня, получившимися в результате естественного растрескивания, – открыло путь для развития альтернативного и эффективного метода картирования археологических объектов. В настоящей статье представлено обсуждение развития этого подхода, а также результаты экспериментов в отношении базовых принципов, на которых данный подход основан. Статья включает предварительный анализ дальности действия акустического прибора, позволяющей получить сигнал от расщепленного кремня, и, соответственно, того, какая дистанция должна быть выдержана между закладываемыми разведочными трансектами для получения полноценных результатов подводной археологической разведки в зависимости от определенной глубины.