Diagnostics of the development of the ideological component of the readiness of cadets of the departmental higher education institution of the Federal Penitentiary Service of Russia for moral self-education: the results of an empirical study

Full Text

Специфика профессиональной деятельности в уголовно-исполнительной системе, связанная с ответственностью и необходимостью строго соблюдать нравственные нормы и правовые принципы, выдвигает требования к личности сотрудника УИС, одним из которых является его высокая нравственность. Отвечая на данное требование, современные ведомственные вузы ФСИН России, уделяют особое внимание нравственному воспитанию курсантов, становящемуся предпосылкой нравственного самовоспитания будущих сотрудников УИС. Именно активная самостоятельная работа над собой способствует развитию нравственных качеств курсанта. Самовоспитание позволяет курсанту осознанно и целенаправленно совершенствовать нравственные характеристики, контролировать собственное поведение и корректировать недостатки без внешнего давления. Нравственное самовоспитание способствует развитию моральной устойчивости будущего сотрудника УИС, необходимой для предотвращения профессионально-нравственной деформации личности, повышения качества служебного поведения и устойчивости к стрессовым и девиантным ситуациям. Тем самым обозначается научная проблема формирования готовности курсантов ведомственного вуза ФСИН России к нравственному самовоспитанию.

Проанализировав диссертационные исследования С.А. Вдовина [1], А.В. Верещака [2], А.И. Козлова [3], А.А. Новикова [4], А.А. Шибаева [5], А.Н. Ширяева [6] и др., а также научные статьи Н.В. Анкудинова с соавторами [7], В.В. Белова, Т.Б. Зотовой [8], В.П. Гребенюка, С.В. Гребенюка [9], И.Г. Долининой, А.А. Шапорева [10], В.А. Золотарева, В.Н. Саяпина [11], Н.Г. Климанова [12], Е.Ф. Маннанова [13], О.А. Митинкина, А.В. Жаркова [14], М.С. Ревякина, А.Я. Панасюка [15], Д.Н. Рыбина, И.С. Рыбиной [16] и др., посвященные различным аспектам готовности курсантов к деятельности, мы определили структуру готовности курсантов ведомственного вуза ФСИН России к нравственному самовоспитанию и выявили компоненты такой готовности: мировоззренческий, аксиолого-мотивационный, волевой, поведенческий. Содержание мировоззренческого компонента образуют нравственные убеждения, базирующиеся на знании о нравственности, о морали, о профессиональной морали, о нормах морали, о нормах профессиональной морали, о самовоспитании, о нравственном самовоспитании. Содержание аксиолого-мотивационного компонента составляют ценности: «взаимопомощь», «взаимоуважение», «гуманизм», «добро», «долг» и др., принимающие форму адекватных им мотивов нравственного самовоспитания курсантов. Содержание волевого компонента готовности выражается в волевой саморегуляции. Содержание поведенческого компонента представлено умениями эффективно оказывать поддержку коллегам в условиях служебной деятельности, поддерживать конструктивный диалог, учитывать права других людей в различных служебных ситуациях и др.

Экспериментальная работа по формированию готовности курсантов к нравственному самовоспитанию осуществлялась в Самарском юридическом институте ФСИН России. В экспериментальную работу были включены экспериментальная и контрольная группы. Сравнение результатов экспериментальной и контрольной групп необходимо для установления причинно-следственной связи между педагогическим воздействием и динамикой формирования готовности курсантов к нравственному самовоспитанию, исключая влияние внешних факторов. Контрольная группа служит эталоном, позволяя выявить «чистый» эффект эксперимента: если различия статистически значимы, то они обусловлены разработанными содержанием и методами педагогической деятельности по формированию готовности курсантов, а не естественным развитием или индивидуальными различиями. В экспериментальной группе на констатирующем этапе экспериментальной работы было 93 курсанта, на контрольном осталось 78 курсантов, так как работа шла на протяжении нескольких лет, то произошли некоторые изменения в численном составе курсантов. Это относится и к контрольной группе, в которой на констатирующем этапе – 82 человека, а на контрольном – 77.

Изучение готовности курсантов к нравственному самовоспитанию на констатирующем и контрольном этапах экспериментальной работы осуществлялось с помощью одних и тех же методов научно-педагогических исследований, выбор которых определялся содержанием структурных компонентов готовности. В данной статье мы остановимся на результатах диагностики сформированности мировоззренческого компонента такой готовности.

Знания курсантов о понятиях «нравственность», «мораль», «профессиональная мораль», «нормы морали», «нормы профессиональной морали», «самовоспитание», «нравственное самовоспитание», на которых (знания) основываются нравственные убеждения, образующие содержание мировоззренческого компонента готовности курсантов к нравственному самовоспитанию, а также отношение курсантов к этому знанию изучались с помощью метода понятийного словаря и метода ассоциаций.

Метод понятийного словаря представляет собой инструмент исследования, позволяющий выявить уровень сформированности понятийных представлений у испытуемых посредством анализа их способности точно и осмысленно определять и объяснять ключевые понятия. Метод основан на предложении испытуемым дать определения, описать признаки и взаимосвязи понятий, что отражает глубину их понимания. Курсанты отвечали на вопросы: Какой смысл вы вкладываете в содержание понятия «нравственность»? Какой смысл вы вкладываете в содержание понятия «мораль»? И на аналогичные вопросы относительно других понятий.

В процессе исследовательских поисков мы разработали критерии анализа понятий, обеспечивающие распределение формулировок понятий по трем уровням: низкий, средний, высокий. Речь идет о критериях, позволяющих выявить уровни сформированности понятийных представлений курсантов.

Разработка критериев осуществлялась на основе контент-анализа содержания и структуры ответов курсантов, процедура которого «предусматривает определение категорий – ключевых понятий исследования, в соответствии с которыми предстоит сортировать элементы содержания. От выбора категорий в значительной степени зависит характер полученных данных» [17, с. 14]. Мы выделили параметры, отражающие качество и глубину понимания курсантами понятий, такие как полнота и точность определения, наличие системности и логики в изложении, уровень осознанности и самостоятельности в формулировках. Критерии и уровни представлены в таблице 1.

Таблица 1 – Уровни сформированности представлений курсантов о понятиях и критерии распределения представлений по уровням

Таким образом, для низкого уровня характерны простые, часто фрагментарные и неполные формулировки с общими или стереотипными описаниями понятий. Средний уровень предполагает более структурированные ответы с выделением основных признаков и попыткой логически связать элементы понятия, хотя и с некоторыми неточностями или не до конца раскрытыми аспектами. Высокий уровень характеризуется глубоким и всесторонним осмыслением понятия, четкостью, логической стройностью и умением интерпретировать понятие в контексте широкой системы знаний.

Мы распределили ответы курсантов по уровням, основываясь на представленных критериях. Анализ полученных данных демонстрирует значимые положительные изменения в экспериментальной группе по сравнению с контрольной. В экспериментальной группе наблюдается устойчивое снижение доли курсантов с низким уровнем сформированности представлений о понятиях «нравственность», «мораль», «профессиональная мораль», «норма морали», «самовоспитание», «нравственное самовоспитание» и стабильный рост доли курсантов с высоким уровнем.

На констатирующем этапе экспериментальной работы доля курсантов экспериментальной группы с низким уровнем понимания понятий составляла от 39% до 46%, в то время как на контрольном этапе эти показатели снизились в диапазоне от 11% до 18%. Одновременно доля курсантов с высоким уровнем сформированности представлений о понятиях значительно выросла: с 16–22% до 44–60%. Средний уровень менялся менее радикально, в основном смещаясь в сторону увеличения, что говорит о переходе части курсантов от низкого к среднему и высокому уровню.

Существенное снижение числа курсантов, для которых характерен низкий уровень понимания понятий «нравственность», «мораль», «норма морали» и др. с 39–46% до 11–18% показывает, что значительная часть курсантов экспериментальной группы вышла из зоны элементарного, фрагментарного знания. Это означает, что курсанты стали чаще давать содержательно верные ответы и демонстрировать понимание связей между общечеловеческими и профессиональными нравственными нормами. Параллельный рост количества курсантов с высоким уровнем представлений о понятиях (с 16–22% до 44–60%) отражает не только усвоение ими адекватной содержанию понятий терминологии, но и интеграцию морально-нравственных представлений в личностную позицию будущих сотрудников УИС: курсанты начинают оперировать понятиями «норма профессиональной морали» и «нравственное самовоспитание» в рассуждениях о собственных профессиональных планах и поведении. Сдвиг «среднего» уровня в сторону повышения указывает на постепенный переход части курсантов от формального знания к осмысленному и ценностно окрашенному пониманию.

В контрольной группе изменения присутствуют, однако они гораздо менее выражены: снижение доли низкого уровня составило всего 5–7%, рост высокой степени сформированности представлений о понятиях – порядка 7–10%. При этом значительная часть курсантов контрольной группы сохраняет низкий и средний уровни. Такие изменения характеризуют естественную динамику, связанную с возрастным развитием и образовательным процессом. Сохранение в контрольной группе значительной доли курсантов с низким и средним уровнями сформированности представлений о понятиях показывает, что без специально организованной работы представления о нравственности, нравственном самовоспитании и др. остаются либо поверхностными, либо слабо связанными с профессиональной сферой и практикой самовоспитания.

Данные анализа свидетельствуют о значительных различиях в динамике изменения уровней сформированности представлений о понятиях между экспериментальной и контрольной группами. Если в контрольной группе наблюдается лишь незначительное улучшение, то в экспериментальной группе фиксируется системный переход курсантов от незнания и непонимания понятий, на которых базируются нравственные убеждения, образующие содержание мировоззренческого компонента готовности курсантов к нравственному самовоспитанию, к их полноценному освоению и использованию в осмыслении собственной профессиональной и жизненной позиции.

Если с помощью метода понятийного словаря изучались знание курсантов о понятиях «нравственность», «мораль», «профессиональная мораль», «нормы морали», «нормы профессиональной морали», «самовоспитание», «нравственное самовоспитание», то отношение курсантов к данным понятиям исследовалось с использованием метода ассоциаций.

Метод ассоциаций, чаще всего используемый в философии, лингвистике, социологии, психологии, опирается на представление о том, что в сознании человека между отдельными образами, словами и переживаниями возникают устойчивые связи, благодаря которым одно содержание вызывает другое. Ассоциация понимается как спонтанно возникающее «сопровождающее представление» – слово, образ, ситуация, эмоциональное состояние, которое первым приходит человеку в голову в ответ на предъявленный стимул (понятие, термин, картинку и т.п.). В ассоциативных методах именно характер, направленность и содержание этих откликов рассматриваются как показатель отношения к предъявляемому стимулу, личностной значимости и эмоциональной окраски того или иного понятия.

Мы опираемся на социологическую интерпретации данного метода: «С точки зрения социологии смысловые ассоциации представляют собой проявления взаимосвязи между каким-либо объектом, явлением или процессом социальной реальности (подлинной или воображаемой) и возникшей реакцией индивида в определенный момент времени» [18, с. 121].

Традиционно выделяются положительные, отрицательные и нейтральные ассоциации, что обосновывается фактом отражения ассоциацией не только содержания представлений человека, но и их эмоционально-ценностной окраски. Понятие может быть хорошо понято когнитивно, но переживаться как привлекательное, неприятное или безразличное; именно полярность и интенсивность эмоционально-ценностного восприятия понятия, позволяют судить о том, принято ли оно личностью, отвергается или остается внешним и формальным. Такое деление дает возможность связать ассоциативный ряд с установками, мотивацией, готовностью к реальному следованию нормам и, следовательно, более глубоко интерпретировать результаты.

Положительные ассоциации фиксируют, что понятие включено в систему личностно значимых ценностей: с ним связываются образы желательного, одобряемого, морально «своего». Для понятий «нравственность», «самовоспитание», «норма морали» и др. преобладание позитивных реакций свидетельствует о принятии личностью соответствующих требований и о внутренней готовности соотносить с ними свое поведение. Отрицательные ассоциации, напротив, указывают на переживание понятия как источника давления, ограничений и др., а также на возможный скрытый протест или недоверие к декларируемым нормам. В рамках изучения сформированности мировоззренческого компонента готовности курсантов к нравственному самовоспитанию анализ отрицательных ассоциаций помогает выявить внутренние барьеры, препятствующие осуществлению курсантами нравственного самовоспитания. Нейтральные ассоциации фиксируют когнитивно-предметное, «словарное» знание: понятие понимается, но не вызывает выраженного эмоционального отклика, что часто свидетельствует о формальном характере усвоения.

Необходимо отметить, что ассоциации не исчерпываются только положительными, отрицательными и нейтральными. Ассоциации классифицируются также по характеру связи между стимулом и реакцией. Выделяют ассоциации по смежности (возникающие на основе совместной встречаемости явлений во времени и пространстве), по сходству (когда общее качество или признак одного объекта вызывает образ другого), по контрасту (связывание противоположных по свойствам явлений), а также причинно‑следственные ассоциации (когда одно содержание воспринимается как причина или следствие другого). В вербальных ассоциативных экспериментах важна также смысловая связь: ассоциации могут быть родо-видовыми, частью-целым, операциональными (связанными с действиями), ситуативными и др. [18–21].

Обратимся к результатам, полученным с помощью метода ассоциаций при изучении мировоззренческого компонента готовности. В качестве стимульного материала курсантам предъявляются понятия «нравственность», «мораль», «профессиональная мораль», «норма морали», «норма профессиональной морали», «самовоспитание», «нравственное самовоспитание». Изучение ассоциаций, вызываемых у курсантов понятиями, позволяет выявить смысл, вкладываемый курсантами в их содержание, степень осознанности этих понятий респондентами, эмоционально-ценностную окраску, придаваемую курсантами предлагаемым понятиям, а также степень освоенности курсантами знаний об этих понятиях. Знание имеет особое значение, так как осмысленное знание становится, по утверждению М.К. Мамардашвили, пониманием: «Собственно, бытие знания и есть понимание» [22, с. 393].

Курсантам предлагается следующее задание: «Какие ассоциации вызывает у вас понятие "нравственность"? Напишите ассоциацию на данное понятие (ассоциация должна содержать не более одного слова)». В качестве ассоциаций могут выступать любые части речи – существительные, прилагательные, глаголы и т.д. Аналогичным образом давалось задание на выявление ассоциаций с другими понятиями. Ассоциации, вызванные у курсантов названными понятиями, мы подразделили на три группы: позитивные, негативные и нейтральные (их характеристика представлена выше).

Приведем результаты, полученные с помощью метода ассоциаций. В экспериментальной группе на контрольном этапе экспериментальной работы по каждому понятию фиксируется резкое снижение числа негативных ассоциаций и параллельный рост позитивных, тогда как в контрольной группе изменения носят слабо выраженный характер. Так, относительно большинства понятий в экспериментальной группе наблюдается уменьшение числа негативных реакций на 17–23%, и, одновременно, рост позитивных на 36–44%, тогда как в контрольной группе эти показатели не превышают 2–7%.

Если обратиться непосредственно к понятиям, выступившим в качестве стимульного материала, то относительно понятия «нравственность» в экспериментальной группе доля негативных ассоциаций снизилась с 20,43% до 3,85% (динамика: −17,08%), а позитивных, наоборот, выросла с 50,54% до 78,21% (+27,67%). В контрольной группе изменения минимальны: негативные ассоциации уменьшились лишь с 19,51% до 18,18% (−1,33%), а позитивные выросли с 52,44% до 57,14% (+4,7%), что позволяет говорить о незначительном «подтягивании» отношения без качественного сдвига.

Аналогичная картина наблюдается и по понятию «мораль». В экспериментальной группе доля негативных реакций упала с 23,66% до 5,13% (−18,53%), а позитивных увеличилась с 36,56% до 80,77% (+44,21%), тогда как в контрольной группе негативные ассоциации сократились всего на 1,25%, а позитивные выросли на 5,37%.

Для понятия «нормы морали» в экспериментальной группе негативные ассоциации снизились с 31,18% до 7,69% (−23,49%), а позитивные выросли с 29,03% до 70,51% (+41,48%); в контрольной группе изменения составили, соответственно, −2,76 и +5,42%. Относительно понятия «норма профессиональной морали» в экспериментальной группе негативные реакции сократились с 27,96% до 8,97% (−17,99%), а позитивные увеличились с 30,11% до 70,51% (+40,4%), тогда как в контрольной группе динамика составляет всего −2,31% и +3,67%.

Применительно к понятиям «самовоспитание» и «нравственное самовоспитание» зафиксирована близкая по направленности, но также значительно различающаяся по масштабу динамика. В экспериментальной группе по отношению к понятию «самовоспитание» число негативных ассоциаций уменьшилась с 30,11% до 11,54% (−18,57%), а позитивных выросла с 27,96% до 64,10% (+36,14%); по отношению к понятию «нравственное самовоспитание» негативные ассоциации сократились с 31,18% до 12,82% (−18,36%), позитивные увеличились с 27,96% до 64,10% (+36,14%). В контрольной группе по тем же понятиям сокращение негативных ассоциаций ограничивается ориентировочно 3–5%, а рост позитивных – 6–7%.

Таким образом, экспериментальная группа демонстрирует системный переход от преобладания нейтрального и частично негативного отношения к предлагаемым понятиям к доминированию позитивных ассоциативных полей по всем понятиям. В контрольной группе изменения направлены в ту же сторону, но их масштаб значительно меньше, чем в экспериментальной группе: большинство приростов позитивных ассоциаций здесь в 5–7 раз меньше, чем в экспериментальной группе.

Если обратиться к конкретным ответам курсантов, то в экспериментальной группе на констатирующем этапе экспериментальной работы ассоциации курсантов с понятиями «нравственность», «мораль», «норма морали», «норма профессиональной морали», «самовоспитание», «нравственное самовоспитание» носили внешне‑нормативный характер. Типичными были ответы: «правила», «запреты», «то, что требуют», «устав», «наказание», «контроль», а в отношении самовоспитания – «заставлять себя», «ограничения», «лишние обязанности», что отражает восприятие морали и самовоспитания курсантами прежде всего как источников внешних требований и санкций. На контрольном этапе увеличивается число ассоциаций, связанных с ценностями и профессиональной идентичностью: «совесть», «честь офицера», «уважение к людям», «справедливость», «служение закону и гражданам», «работа над собой», «быть примером для подчиненных», «не злоупотреблять властью». Таким образом, нравственные и профессионально‑нравственные категории начинают восприниматься курсантами экспериментальной группы как личностно принятые ориентиры, а не только как формальные регуляторы поведения.

В контрольной группе на констатирующем этапе экспериментальной работы ассоциативные ряды по содержанию были во многом сходны с экспериментальной группой: рядом с ценностными реакциями («честность», «добро», «справедливость») присутствовали многочисленные нейтральные ответы («правила», «совокупность норм», «формальности», «бумажная мораль»), а также негативно окрашенные («ограничения», «давление», «лишняя нагрузка», «формальный отчет»). На контрольном этапе экспериментальной работы у курсантов контрольной группы наблюдается некоторое увеличение числа позитивных ассоциаций, однако качественная структура ассоциативного поля практические не меняется: по‑прежнему доминируют общие формулировки: «правильное поведение», «соблюдение закона» и др., редко связываемые с конкретными ситуациями службы. Ассоциации по типу «то, за что наказывают», «что требуют по инструкции», «делать, как сказали начальники» не исчезают, а лишь немного вытесняются на периферию.

Таким образом в экспериментальной группе фиксируется качественный сдвиг отношения курсантов к понятиям, на которых базируются нравственные убеждения, образующие содержание мировоззренческого компонента готовности курсантов к нравственному самовоспитанию.

Если на констатирующем этапе в обеих группах преобладало внешне‑нормативное понимание морали, самовоспитания, и других понятий, то на контрольном этапе курсанты экспериментальной группы в большей мере называют ассоциации, в которых нравственность и профессиональная мораль предстают как личный выбор и основа профессиональной миссии: «не подвести товарищей», «соблюдать права человека», «держать марку офицера даже вне службы», «быть честным, когда никто не видит», «самовоспитание – это работать над собой, а не ждать, пока заставят». В контрольной группе подобные высказывания встречаются гораздо реже, а ядро ассоциаций остается ориентированным на внешнее соответствие требованиям и избегание санкций.

Полученные результаты позволяют утверждать, что у курсантов экспериментальной группы к контрольному этапу экспериментальной работы сформирован мировоззренческий компонент готовности к нравственному самовоспитанию. Об этом свидетельствует устойчивое преобладание высоких уровней понимания курантами понятий (нравственность, мораль, нормы морали и профессиональной морали, самовоспитание, нравственное самовоспитание) и доминирование позитивных, ценностно нагруженных ассоциаций над нейтральными и негативными, что указывает на интериоризацию нравственных требований и их включенность в личностно‑профессиональную систему взглядов курсантов.

About the authors

Andrey Olegovich Mitrofanov

Author for correspondence.
Email: mitrofanov78@yandex.ru

head of course of combat training units

References

Supplementary files