The development of the educational process in Suvorov military schools during the Soviet period

Full Text

Генезис суворовских военных училищ как уникальной образовательной системы неразрывно связан с концептуальным осмыслением их роли в подготовке офицерских кадров. Стоит отметить, что формирование данных учебных заведений пришлось на переломный период Великой Отечественной войны – август 1943 года, ознаменовавшийся триумфальными победами советских войск.

Концептуальное обоснование необходимости создания специализированных военных школ для ранней профессиональной ориентации молодежи принадлежит генерал-лейтенанту А.А. Игнатьеву, чье видение системной подготовки будущих офицеров через погружение в военную среду с юных лет легло в основу формирования суворовских военных училищ. В своем письме И.В. Сталину А.А. Игнатьев отмечал, что «специфика военного ремесла требует привития к нему вкуса с детских лет, а недостаток дисциплинированности детей в домашней, школьной обстановке вызывает необходимость создать специальные военные средние школы для подготовки нравственно воспитанных и физически развитых будущих командиров Красной Армии» [1, л. 14–15]. В заключении письма А.А. Игнатьев предлагает «в качестве эксперимента создать одно такое учебное заведение, своего рода «советский кадетский корпус». В свою очередь, руководство Советского Союза положительно восприняло его инициативу и на основании Постановления № 901 Совета Народных Комиссаров совместно с ЦК ВКП(б) от 21 августа 1943 года «О неотложных мерах по восстановлению хозяйства в районах, освобожденных от немецкой оккупации» [2] определило создание 9 суворовских военных училищ закрытого типа, распределенных по ключевым городам страны – Майкопу, Новочеркасску, Астрахани, Воронежу, Чугуеву, Курску, Ельцу, Калинину и Ставрополю. Открывшиеся суворовские военные училища были призваны обеспечить полноценную семилетнюю подготовку (каждое по 500 воспитанников) на условиях полного пансиона [3].

За Постановлением № 901 последовала директива Генерального штаба Красной армии [4], которая определяла механизмы формирования суворовских военных училищ и закрепляла конкретные обязательства за различными государственными структурами. В частности, народному комиссариату обороны СССР предписывалось завершить организацию всех 9 учебных заведений к 20 ноября 1943 года [5, с. 52]. При этом отмечалось, что приоритет при комплектовании преподавательского состава должен отдаваться офицерам-фронтовикам, сочетавшим боевой опыт с педагогической квалификацией и навыками командной работы.

Процесс формирования системы суворовских военных училищ опирался на богатый опыт функционирования кадетских корпусов Российской империи, которые, как и вся система полного среднего образования дореволюционной России, являлись неотъемлемым компонентом государственной политики по формированию блока национальной элиты. При этом заимствование организационных принципов и эффективных педагогических методик осуществлялось избирательно, с учетом принципиально новой задачи – воспитания офицерских кадров, соответствующих идеологическим установкам советского государства.

Как отмечал в своей статье (опубликованной в декабре 1943 года) генерал-лейтенант В.И. Морозов, приводивший в качестве основы воспитательного процесса заветы А.В. Суворова, «дух дисциплины, организованности, точности всегда и во все времена делал непобедимым, помогал ему совершать подвиги». Также он подчеркивал, что «для воспитанников суворовских училищ строжайшая дисциплина – закон» [6]. Задачи преемственности традиций подчеркивал и А.А. Игнатьев: суворовские училища «должны восстановить лучшие традиции бывших кадетских корпусов» [7].

В годы своего формирования суворовские военные училища ставили перед собой две основные цели: обеспечение фундаментальной общеобразовательной подготовки и формирование высококвалифицированного офицерского корпуса для Вооруженных сил СССР. Приоритетное внимание в этом плане уделялось воспитанию будущей военной элиты, чьи профессиональные и морально-нравственные качества должны были соответствовать самым высоким военным стандартам. В процессе обучения особый акцент делался на развитии глубокого патриотического сознания, формировании непоколебимой преданности Отечеству и готовности к самопожертвованию во имя его интересов. Помимо этого, неотъемлемым компонентом подготовки в суворовских военных училищах 1943–1945 гг. являлось формирование и развитие профессиональной стойкости и психологической устойчивости, которые были необходимы для преодоления трудностей военной службы.

Согласно положению о суворовских военных училищах (Постановление № 901), структура строевого и учебного построения училища на 1943/1944 учебный год была организована следующим образом: «роты и классы были в составе:

• 1 рота – 4 класс суворовского военного училища, соответствовал 6 классу общеобразовательной школы);
• 2 рота – 3 класс суворовского военного училища (5 класс общеобразовательной школы);
• 3 рота – 2 класс суворовского военного училища (4 класс общеобразовательной школы);
• 4 рота – 1 класс суворовского военного училища (3 класс общеобразовательной школы);
• старший подготовительный класс – второй класс школы;
• подготовительный класс – первый класс школы» [8, л. 4].

В процессе адаптации накопленного опыта кадетских корпусов к существующим в 1943–1945 гг. условиям потребовалась оперативная модернизация существующей системы, затрагивающая как материально-техническое обеспечение, так и образовательную составляющую. Первостепенное внимание было уделено реструктуризации организационно-методической базы суворовских военных училищ в соответствии с актуальными педагогическими задачами.

Сложные материально-технические условия военного и послевоенного времени, несмотря на минимальное обеспечение учебного процесса и быта воспитанников суворовских военных училищ, не остановили планомерное совершенствование их оснащения. Документальным свидетельством этого служит распоряжение начальника УВУЗ войск МВД СССР генерал-лейтенанта Г.Г. Соколова, адресованное руководству Ленинградского и Ташкентского суворовских военных училищ [9, л. 48]. Согласно данному документу, училищам выделялось передовое астрономическое оборудование: микропланетарии, комплекты диапозитивов и телескопы, направленные на повышение качества образования в области астрономии. Руководству указанных учебных заведений предписывалось организовать специализированные обсерватории, предоставив соответствующие сметы на их оборудование и ремонт помещений. Примечательно, что использование подобных астрономических кабинетов должно было сочетать в себе как научно-просветительскую деятельность в области космологии, так и элементы антирелигиозной пропаганды.

4 июня 1944 года, Постановлением Государственного комитета обороны СССР [10] было предусмотрено значительное расширение системы суворовских военных училищ. В частности, были открыты Горьковское суворовское училище (впоследствии передислоцированное в столицу), а также училища в Казани, Куйбышеве, Саратове, Тамбове и Туле. К концу 1944/1945 учебного года образовательная сеть, находившаяся в ведении Наркомата обороны, включала 15 суворовских военных училищ с контингентом обучающихся, превышающим 7500 человек. Существенным дополнением к этой структуре стало открытие в 1953 году Минского суворовского военного училища – первого подобного учреждения на территории Белорусской ССР [11, с. 324].

Согласно Директиве Генерального штаба Красной Армии от 27 августа 1943 года [4], формирование кадрового состава суворовских военных училищ осуществлялось на основе тщательного отбора высококвалифицированных кадров среди офицеров, обладающих существенным педагогическим стажем и необходимыми управленческими компетенциями в военной сфере. Руководящему составу суворовских военных училищ устанавливалось денежное довольствие, превышающее на четверть аналогичные выплаты в других военных училищах.

Профессиональная подготовка преподавательского состава суворовских военных училищ включала в себя обязательное обучение на высших офицерских курсах «Выстрел», где наряду с военной и политической подготовкой ими осваивались основы логики, педагогики и психологии [12, с. 7]. Значимым этапом в развитии подготовки преподавательского состава суворовских военных училищ стало присвоение с 1944 года всем вольнонаемным преподавателям офицерских званий административной службы [13, л. 34], сопровождавшееся соответствующим увеличением материального обеспечения.

Системное повышение квалификации преподавательского состава суворовских военных училищ получило свое дальнейшее развитие с открытием в 1945 году специализированного факультета при Военно-педагогическом институте в Подмосковье, который был ориентирован на целевую подготовку офицеров-воспитателей для суворовских военных училищ [14, л. 221–224].

На примере Горьковского суворовского военного училища можно рассмотреть процесс становления образовательной системы. В 1944–1956 годах (в период, предшествовавший передислокации учреждения в Москву 30.08.1956), основное внимание администрации данного учреждения было сосредоточено на формировании эффективной организационной структуры, налаживании быта воспитанников и восполнении пробелов в их академической подготовке. Образовательный процесс строился на строгой регламентации распорядка дня, включавшего обязательную физическую подготовку (вне зависимости от погодных условий), полноценное трех-четырехразовое питание и сбалансированное чередование учебной нагрузки с периодами отдыха. Академические занятия, занимавшие 5–6 часов, дополнялись 2–3 часовой самостоятельной подготовкой под руководством офицеров-воспитателей [15, с. 107]. В случае неудовлетворительной успеваемости воспитанников практиковался их перевод в младшие классы.

Педагогическая концепция Горьковского суворовского военного училища в то время основывалась на синтезе образовательного и воспитательного компонентов. Особое значение придавалось развитию здоровой конкуренции, формированию лидерских качеств через копирование профессионального опыта и личностных качеств командного состава и преподавателей.

Не оставалось без внимания и культурно-эстетическое развитие суворовцев, которое реализовывалось посредством систематического посещения театральных постановок и музейных экспозиций. Особо отличившиеся воспитанники поощрялись возможностью посещения вечерних театральных представлений в будние дни. В Горьковском суворовском училище функционировала сеть творческих объединений, включая хоровой коллектив под руководством П.С. Скаковского, главного хормейстера Горьковского оперного театра [16, с. 79].

После победы СССР в Великой Отечественной войне, процесс совершенствования образовательной системы суворовских военных училищ получил дальнейшее развитие. Существенной вехой стало принятие в октябре 1946 года Указаний [17, л. 94–97] по организации военно-подготовительных занятий в суворовских военных училищах системы Министерства внутренних дел. С этого момента сформировался дифференцированный подход к распределению учебных часов: для младших курсантов (5–7 классы) предусматривался часовой еженедельный норматив, в средней группе (8–9 классы) временной объем увеличивался вдвое, а выпускной 10 класс осваивал военные дисциплины в трехчасовом формате.

Училищам предписывалось иметь: «военный кабинет с соответствующими классами и оборудованием; стрелковый тир; инженерно-полевой городок; стрельбище и штурмовую полосу». Комплексная программа военной подготовки включала несколько ключевых направлений обучения. В основе лежало освоение тактико-технических навыков, совершенствование огневого мастерства и строевой выучки. Особое внимание уделялось военной топографии и кавалерийской подготовке. Неотъемлемой частью обучения являлось углубленное изучение уставных положений, при этом базовые статьи, регламентирующие обязанности военнослужащего, требовалось усвоить досконально. Для формирования целостного представления о структуре вооруженных сил организовывались практические ознакомительные мероприятия, включавшие посещение действующих воинских частей, авиационных объектов и учебно-тренировочных полигонов.

Советский военный педагог, выпускник Сумского кадетского корпуса, полковник Н.С. Неелов отмечал в письме начальнику Главного управления кадров Вооруженных сил генерал-полковнику Ф.И. Голикову: «Нахожу огромную разницу между обучением и воспитанием в школах Министерства просвещения и таковыми же в суворовских училищах… Наш воспитанник хорошо знает строй, физически натренирован, приучен к опрятности, аккуратности и подтянутости. Он будет владеть одним из иностранных языков, уметь себя вести в любом обществе, хорошо танцевать. Эти, на первый взгляд, небольшие качества будут его резко выделять в среде юношей, пришедших в военное училище из школ просвещения…» [12, с. 10].

Образовательная система суворовских военных училищ, преемственно связанная с традициями кадетских корпусов, представляла собой комплексную модель формирования личности, интегрирующую нравственно-патриотическое воспитание, военно-профессиональную подготовку и физическое совершенствование. Примечательно, что выпускники, отличавшиеся высокими морально-этическими качествами и преданностью Отечеству, неизменно оставались востребованными, независимо от политического устройства государства.

Военно-патриотическое воспитание в суворовских военных училищах реализовывалось через многоуровневую систему мероприятий, включающую личный пример офицеров-наставников, церемониальные мероприятия с участием высшего командного состава, взаимодействие с ветеранами боевых действий и видными государственными деятелями. Особое внимание в рамках обучения уделялось привитию уважительного отношения к военной форме и профессиональной ориентации.

Строевая подготовка суворовцев формировалась и совершенствовалась посредством регулярных смотров и тактических занятий с использованием боевого снаряжения и средств коммуникации. Значительную роль в укреплении патриотического единства играли торжественные марши подразделений под аккомпанемент военного оркестра.

Трудовое воспитание осуществлялось через вовлечение воспитанников в общественно-полезную деятельность: благоустройство городской среды, сельскохозяйственные работы, поддержание внутреннего порядка в подразделениях суворовских военных училищ и решение хозяйственных задач. Физическая подготовка базировалась на интегрированном применении разнообразных спортивных методик при неукоснительном соблюдении санитарно-гигиенических норм.

В послевоенный период произошло усиление военно-патриотического компонента в образовательном процессе суворовских военных училищ, что выразилось в увеличении учебных часов, отведенных на военную подготовку и патриотическое воспитание (табл. 1).

Таблица 1 – Таблица учебного времени Суворовских училищ [18, л. 98]

На каждого воспитанника заводилась аттестационная тетрадь, которую вел офицер-воспитатель. Она являлась «основным документом для аттестации воспитанника» и была призвана «помочь офицеру-воспитателю всесторонне изучить воспитанника и проверить влияние проводимых мер педагогического воздействия на него. Тетрадь не должна превращаться в обычный журнал взысканий и поощрений. … В тетрадь следует вносить такие наблюдения за воспитанником и факты из его жизни, которые помогают его всесторонне изучить, характеризуют воспитанника со стороны ума, характера, воли и чувств, или изменяют составленное ранее воспитателем мнение о воспитуемом» [19, л. 67].

В 1946/1947 учебном году в Тульском суворовском военном училище для правильной организации и проведения занятий были созданы группы среди офицерского состава:

• 1 группа – строевой офицерский состав / командование училища, рот и старшие офицеры;
• 2 группа – строевой состав / офицеры-воспитатели и офицеры политотдела;
• 3 группа – строевой состав / преподаватели;
• 4 группа – преподавательский состав с административным званием;
• 5 группа – офицеры хозяйственной и медицинской служб.

В структуре годовой образовательной программы доминировала идеологическая составляющая, реализуемая через ежедневные двухчасовые занятия по марксистско-ленинской подготовке в различных форматах: от традиционных лекций до активных дискуссий и конференций. Существенное внимание уделялось также развитию тактического мышления через ежемесячные 4–6-часовые занятия, включавшие теоретическую базу, картографическую практику и полевые выходы. Параллельно осуществлялась огневая подготовка (2–4 часа ежемесячно), сочетавшая изучение технических характеристик вооружения с практическими стрельбами и контрольными испытаниями. Помимо этого, в образовательную программу был интегрирован блок военно-профессиональных дисциплин: 10-часовой курс по структуре вооруженных сил США, ежемесячные 2-часовые лекции по специфике родов советских войск. В свою очередь, комплексное развитие обеспечивалось еженедельными занятиями по физической и строевой подготовке для всего офицерского состава, дополненными циклом лекций по педагогике, психологии и логике.

С офицерами 1 и 2 групп проводились зачетные стрельбы [20, л. 15].

Занятия по тактической, огневой и физической подготовке офицерского состава продолжились и в последующие годы. Так, с 1949 года к ним добавилось такое направление подготовки, как автодело.

Стоит отметить, что организационная структура суворовских военных училищ претерпела существенную эволюцию в первые годы своего функционирования, обретя окончательные контуры лишь к 1950 году, что нашло отражение в соответствующем Положении [21]. Согласно диссертационному исследованию С.Н. Белова, анализ данного нормативного документа выявил значительное сходство административной структуры суворовских военных училищ с организационным устройством их исторических предшественников – кадетских корпусов [22, с. 127]. При этом существовали принципиальные различия: суворовские военные училища характеризовались более разветвленной системой специализированных отделов и эффективной межструктурной координацией, тогда как в кадетских корпусах все образовательно-воспитательные функции были сосредоточены в едином учебном подразделении.

Дальнейшее развитие организационной и образовательной структуры суворовских военных училищ ознаменовалось существенной институциональной трансформацией, ключевым элементом которой стало формирование специализированных строевых подразделений. Первоначальное включение военно-прикладной подготовки в компетенцию учебного отдела, ориентированного преимущественно на общеобразовательные дисциплины, не отвечало возрастающим требованиям к профессиональной компетентности будущих офицеров в условиях динамичного развития военной науки. В ответ на эти вызовы в 1950 году произошло структурное обособление строевой части как самостоятельного подразделения.

Интегрируя исторические традиции военного образования имперского периода с инновационными педагогическими подходами, руководство суворовских военных училищ сформировало уникальную образовательную модель интернатного типа, которая обеспечила оптимальные условия для разностороннего развития воспитанников, сочетая в себе физическое совершенствование с нравственным становлением.

В послевоенный период суворовские военные училища заняли особое положение в развивающейся системе специализированного образования с ранней профессиональной ориентацией, реализуя прогрессивный подход к формированию высококвалифицированных кадров для военной службы.

В период 1950–1955 гг. в образовательной системе суворовских военных училищ произошла фундаментальная трансформация, характеризующаяся синтезом классического одиннадцатилетнего обучения с усиленным военно-техническим компонентом. Многопрофильная подготовка воспитанников, интегрирующая тактическую, строевую, физическую и огневую подготовки, обеспечивала их привилегированное поступление сразу на второй курс высших общевойсковых командных учреждений, минуя вступительные экзамены. Физическое развитие занимало приоритетное положение в системе обучения: училища располагали передовой спортивной базой и широким спектром специализированных секций. Согласно свидетельствам выпускников, «выпускник-суворовец должен был достичь уровня квалифицированного спортсмена, способного демонстрировать и обучать личный состав различным видам военно-прикладной и классической атлетики – от рукопашного боя до легкоатлетических дисциплин» [16, с. 98]. Образовательная программа включала углубленное освоение военных наук, где ключевыми направлениями выступали топографическая подготовка и кавалерийское мастерство. Курс дополнялся детальным изучением воинских уставов и специфики родов войск, а систематические встречи с действующими офицерами Советской Армии и представителями подразделений МВД способствовали формированию профессионального военного мировоззрения у воспитанников.

Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О порядке приема в суворовские военные и нахимовские военно-морские училища» [23], принятое в мае 1956 года, ознаменовало начало нового этапа развития суворовских военных училищ, став документом, равнозначным по важности Постановлению 1943 года. В период руководства Министерством обороны СССР маршалом Г.К. Жуковым произошла существенная трансформация критериев отбора в суворовские военные училища, где безупречное физическое состояние абитуриентов стало обязательным условием, гарантирующим их последующую офицерскую карьеру. Данная реформа системы военного образования осуществлялась на фоне постепенного разрешения острой социальной проблемы детей-сирот военного времени, уступая приоритет формированию профессионального офицерского корпуса.

В дальнейшем, суворовские военные училища зарекомендовали себя как экспериментальные площадки для апробации инновационных педагогических методик, особенно в сфере языковой подготовки. Интенсивность и качество обучения иностранным языкам существенно превосходили общеобразовательные стандарты. К 1957 году в суворовских военных училищах языковой курс был расширен до 2000 академических часов, что обусловило увеличение срока обучения до 11 лет. Высокая эффективность языковой подготовки достигалась посредством внедрения прогрессивных методических приемов: преподавание ряда дисциплин на иностранных языках и организация специальных дней языковой практики, когда коммуникация между воспитанниками и офицерами-воспитателями осуществлялась исключительно на английском, немецком или французском языках [24].

В 1958 году система суворовского военного образования претерпела значимые изменения: был внедрен специализированный курс военного перевода с углубленным изучением английского языка, базирующийся на методологических разработках Военного института иностранных языков. Примечательно, что выпускникам 1962 года была предоставлена возможность на добровольной основе пройти аттестацию для получения квалификации военного переводчика [25, с. 433].

Анализ академической успеваемости суворовцев демонстрировал стабильно высокие показатели, что существенно влияло на их дальнейшее профессиональное становление. Проведенное в 1960-х годах сравнительное исследование успеваемости курсантов высших общевойсковых и танковых командных училищ на третьем году обучения выявило значительное преимущество выпускников суворовских военных училищ. Средний балл суворовцев составил 4,4, в то время как у курсантов из числа военнослужащих этот показатель достигал 4,0, а у гражданских абитуриентов лишь 3,7 [25, с. 452].

Нельзя не отметить, что в конце 1950-х годов система военного образования СССР подверглась существенному реформированию. В частности, Министерство обороны в 1958 году инициировало масштабную реструктуризацию, предполагавшую оптимизацию сети суворовских военных училищ посредством сокращения данных учебных заведений и полную ликвидацию офицерских училищ. Переломным моментом стало заседание ЦК КПСС 18 декабря 1959 года, где обсуждалась реорганизация суворовских военных училищ в контексте общего сокращения Вооруженных сил. Н.С. Хрущев, пересмотрев свою изначально положительную оценку военно-образовательных учреждений, выступил с критикой их изолированности от гражданского общества, что, по его мнению, противоречило актуальному политическому курсу [26, л. 41–42].

Позицию руководства партии поддержал командующий сухопутными войсками маршал А.А. Гречко, акцентировавший внимание на формировании «замкнутой касты военнослужащих при недостаточном практическом вкладе выпускников в укрепление обороноспособности страны» [26, л. 95, 162].

Трансформация социально-политической парадигмы на рубеже 1950–60-х годов катализировала кризисные явления в системе суворовских военных училищ. Снижение престижа военной службы повлекло за собой отток квалифицированных педагогических кадров и общее падение статуса этих учебных заведений.

Рассматривая конкретно Московское суворовское военное училище, стоит отметить, что с начала 1970-х годов оно представляло собой образовательное учреждение с комплексной структурой обучения, сочетавшей основную программу с факультативными занятиями под руководством офицерского состава. Согласно воспоминаниям выпускника Е.Д. Потапова, обучавшегося в данном учебном заведении в период 1972–1974 гг., наибольшей популярностью среди дополнительных учебных программ пользовались спортивные секции. В своих мемуарах Е.Д. Потапов акцентирует внимание на ряде существенных недостатков организации учебно-бытового процесса. В частности, воспитанники были ограничены в возможностях хранения личной документации и литературы. Примечательно его наблюдение о том, что уровень военного образования в Московском суворовском военном училище уступал гражданскому по всем дисциплинам. В частности, он отмечает отсутствие педагогических инноваций и творческого подхода в сравнении с провинциальными общеобразовательными школами того периода. Существенным упущением, по мнению Е.Д. Потапова, являлась затрудненная доступность консультаций на профильных кафедрах. Тем не менее, училище сохраняло важную социальную функцию, предоставляя возможности для образования и социализации детей, оставшихся без родительского попечения.

К концу 1970-х годов уже была сформирована разветвленная сеть из 8 суворовских военных училищ, дислоцированных в крупнейших городах СССР – от Ленинграда до Уссурийска. И если Е.Д. Потаповым были отмечены проблемы образовательного процесса и недостаточной интеграции педагогических инноваций, то к рубежу 1970–1980-х годов система образования в суворовских военных училищах достигла качественно нового уровня. В частности, сформированные к тому времени суворовские военные училища, уже сочетали в себе фундаментальную общеобразовательную базу с интенсивной военно-профессиональной подготовкой. Параллельно с этим, преподавательский состав стал активно внедрять в свою деятельность инновационные методики обучения, которые стимулировали развитие критического мышления воспитанников.

Подводя итог, стоит заключить, что система суворовских военных училищ, будучи первопроходцем в системе советского военного образования, сохраняла свою эффективность даже в период некоторого снижения внимания руководства страны к роли данных учебных заведений как кузницы военно-управленческих кадров. Суворовские военные училища успешно транслировали преемственность отечественных военно-патриотических традиций, несмотря на определенные идеологические противоречия с дореволюционным наследием.

Исключительная результативность системы суворовских военных училищ подтверждается выдающимися достижениями выпускников в различных сферах – от военной службы и государственного управления до науки и культуры. Их профессиональные успехи существенно превосходят средние показатели выпускников общеобразовательных школ. Более того, суворовские военные училища стали экспериментальной площадкой для разработки и апробации передовых образовательных технологий и методик интернатного воспитания.

About the authors

Denis Fedorovich Kokhanov

Author for correspondence.
Email: deniskokhanov@mail.ru

postgraduate student of History Department

References

Supplementary files